1 августа 1993г.
воскресенье
7-40
Жорик разбудил ни свет ни заря, ворвался в комнату как пехотный старшина в казарму:
– Рота, подъем! Первое число.
– И что?
–За квартиру кто платить будет? Пушкин? Едем к хозяевам с квартплатой. Заодно провентилируем, чем дышат.
Езда была недолгой, около часа. Хоромы за Калчугой, к которым подкатили на «Буцефале», впечатлили: санаторий для ответственных работников! Но нет, особняк занимали молодой мажор и тихая старушка.
Жорик в дороге поведал историю успешной советской семьи.
Дедушка, ветеран НКВД-МГБ, пристроил сыночка в МИД и почил в бозе.
Сыночек стал папочкой. Два десятка лет бороздил зарубежные просторы, провернул махинацию, поимел чемоданчик зеленой наличности и оставил дипломатическую службу. Исчез в Америке с концами, в России не показывался. Каждый месяц слал отпрыску штуку баксов на рутину. На новый год оплачивал статусные покупки, например: пятилетний «Джип Чероки» с аукциона в Нью-Джерси по бросовой цене. С доставкой до Питера эмигрантом и оформлением там же.
А мама?
А мама, в стародавние послебрежневские, предгорбачевские времена разругалась со свекровью-наушницей, укатила к любовнику в Париж. Там открыла бутик и слала сыночку ежемесячный меморабль с парой тысяч франков на просрать.
Сын тоже не промах. Три года назад поехал обучаться в Гарвард. Год назад вернулся. Приятней быть прожигателем жизни в Москве, чем грызуном научного гранита в Массачусетсе.
Присылавшаяся родителями валюта спускалась на пьянки-гулянки-блядей в ноль. На регулярную жизнь оставалась арендная плата от сдачи квартиры.
Историей успешной советской семьи, прошедшей путь от дедушки комиссара-аскета до внука балбеса-сибарита Жорик поделился в пути, сначала по Кутузовскому, потом по Рублево-Успенскому шоссе. Я задумался: а как бы себя чувствовал, окажись у меня дедушка, красный палач-питекантроп с руками по колено в крови, и папа дипломат-контрабандист? Как бы я в этом случае отнесся к сытой житухе по праву рождения?
Да очень просто! Не стал бы ломать голову над писками снизу. Счел бы свалившуюся благодать суровой реальностью, заслуженную лично, потому что родился там, где надо. Точка!
Завидуйте, неудачники. Восклицательный знак!
Впрочем, не моё.
Я бы в Россию бы не вернулся, остался бы в Массачусетсе студентом, но не в Гарварде. MIT – вот это фирма, почти как МИФИ!
Жорик оставил меня в машине, ушёл... вернулся. Сел за руль злой, полыхающий:
– Робик заелся. Надо разобраться.
– Кто заелся?
– Роберт, хозяин квартиры. Месяц прошел, уже хочет получать шесть сотен в месяц. То ли «Буцефала» в окно разглядел, то ли соседи стуканули, что мы ремонт сделали и мебель завезли.
– Что делать?
– Как обычно. Раскулачивать и выставлять на мороз! Поехали в «Терем».