1 августа 1993г.
воскресенье
14-45
Чича сидел там же и так же. Похоже, никуда не отлучался со вчерашнего вечера. Хотя я знал, что это не так. Жорик сообщил, что с его подачи Чича взялся за ум. Собрал бригаду из бывших атлетов Красного и мотался по Москве, взимая дань с уличных торговцев. Доходы незначительные, поэтому не всех записали в бригаду. Большинство числилось пехотой, ожидая, когда их запишут в торпеды: вручат по пейджеру, выделят «зубило» на двоих и поставят на довольствие, сто долларов в неделю.
Сегодня двое дождались. Сидели за столом с Чичей и Карабасом, шевелили бровями, играли трапециями, проникались важностью момента.
Я прошел к барной стойке. Оттуда наблюдал за выдачей бандитской спецтехники и соответствующих инструкций. Задумался: может пейджером обзавестись, повесить на брючный ремень и поиметь деловой и важный вид?
Ни к чему. Достаточно визитки с указанием должности «ИО Генерального директора» и трех городских номеров. Тоже неплохо.
Чича распределил имущество и обязанности новоявленных членов организованной преступной группировки, покинул ресторан.
Жорик плюхнулся рядом. Я накинулся с самым важным вопросом в моей новой жизни: зачем нам уголовник? Жора пожал плечами:
– Пригодится.
Я вспомнил, как неделю назад катались то ли к коровникам, то ли к свинарникам. Спросил:
– А в колхоз зачем ездили? Свинопасов с доярками крышевать?
– Смеешься? Чиче стволы подгоняли. Они на делюгу как пионеры с битами и кастетами ходят. Мишка Квакин и балбесы. На Бронной ларьки из автоматов расстреливают, в Крылатском из гранатометов шарашат. Скоро бомбы с самолетов сбрасывать начнут. А эти дебилы до сих пор решают вопросы по понятиям. Хорошо, что Тимоха подсобил. У него знакомый прапор стволами барыжит.
– Зачем нам Чича со стволами?
– На ментов надежды нет. От Чичи больше пользы, если вооружить и мозги отрихтовать.
Через полчаса в ресторан вернулись Чича сотоварищи. Мы сдвинули два стола и совместно расположились – я, Жорик, Чича, Карабас и два персонажа, представившиеся как Макс и Стас. Краткостриженные пацаны в бомберах «Нью-Йорк Рейнджерс» и «Нью-Джерси Девилз».
Начал Жорик:
– Ну так, че? Как съездили?
– По нулям. И «патруль» запарил. Трактор хуже «волги». Другие колеса надо, – ответил Чича. Карабас и персонажи кивнули: дело говорит.
– Чирок устроит? – спросил Жорик.
– А то. Широкий – это конкретная бричка.
Я заскучал, загрустил. Отложил вилку с ножиком, переместил взгляд в сторону окон. Жорик заметил смену моего настроения, наказал валить домой.
Вышел на улицу, глянул на часы, вздохнул.
Шестнадцать двадцать.
Верочка, скорее всего, не приедет. Как там у нее? Интересно. Я втянулся в доклады о проделанной работе, как в телевизионный сериал, и жаждал новой дозы. И потрахаться тоже.
Переступил порог квартиры под несусветный трезвон телефона.
Вероятно названивала Верочка, кто же еще? Я снял трубку и выслушал кучу претензий. Первая – если уезжаю, надо предупреждать. Номер ее телефона мне известен. Вторая – надо понимать, что при одном выходном в неделю, ее ломает сидеть дома курицей. Третья претензия, четвертая, пятая...
Я не вслушивался, лишь принял к сведению, что Верочка выезжает ко мне сей момент. Надо подготовиться.
Поразился, что командует Верочка покруче Жоры, и побрел на кухню.
Достал бутылку «Мартини» с двумя конусообразными бокалами, отнес в гостиную. Постоял, подумал, положил двадцать тысяч на тумбочку у входа, разложил постель.