3 августа 1993г.
вторник
Вторая неделя стартовала позорно. В понедельник обслужили десять человек, во вторник – семь. Я извелся, не представляя, как выкупать завод и где искать средства на дивиденды.
Поделился терзаниями с Жорой, напирая, что зарабатывать хочу по закону. Тот успокоил. Все идет по плану, будет заебись, надо только подождать и вообще! По закону можно только банкротиться, а прибыль наращивается хитрыми дорожками. Дорожек хожено не перехожено. Вот выйдет реклама в центральной прессе, и заиграет музыка не та!
Верилось с трудом. И Жора опять уводит в серую зону между законностью и преступлением.
Я отправился в операционный зал и столкнулся с Робертом.
Мажор, сдававший нам квартиру, променял импортный имидж на российский. Являл не Игоря Костолевского, но Ивана Бортника, который Промокашка. Сутулый жалкий тип с рыскающими глазами. Не хватало кепки-восьмиклинки.
Хочет стать акционером?
Вряд ли.
Ага, вот и Жорик с объятиями: «Робка! Привет!!! Давно не виделись! Где пропадал? Что стряслось? Рад видеть!» Потащил в коридор, мне кивнул: не отставай.
Странно, но Жорик повел Роберта не в свой кабинет, а в переговорную комнату. Обычно он туда банкиров и важных вкладчиков водил. Какие у него дела с квартиросдатчиком?
Дела простые.
Роберт попросил оплатить квартиру на три с половиной года вперед, нужны деньги. Двадцать тысяч долларов. Жорик хмыкнул:
– Зачем столько? В Америку валить собрался? Не хватит.
– Нет-нет, – поморщился Роберт. – Вчера в «Ниссан» въехал. С Кутузы на Минку выруливал, не заметил. Повреждения на три копейки: поцарапал крыло и дверь багажника. Но в Ниссане бандосы ехали. В общем, отобрали паспорт, документы на машину и на моем джипе уехали. Мне ключи от «Ниссана» кинули. Сказали, чтоб поправил за три дня, тогда документы и джип вернут. Телефон для связи не оставили. Сказали, сами найдут.
Жорик засомневался:
– Двадцать тысяч, чтобы крыло и багажник отрихтовать?
– Да нет. Пока таксофон искал, чтоб отзвониться и разобраться, какие-то уроды скрутили с Ниссана колеса. Пока туда-сюда дергался, Ниссан в нуль раздербанили, один кузов остался. Тачка не на ходу, утиль. Дешевле купить такой же. По газетам посмотрел: за двадцать тысяч нулячий можно найти. Поэтому квартплата за три года.
Жорик хмыкнул:
– С квартплатой не выйдет. Двадцать тысяч мы дать можем, но не в счет арендной платы, а тупо в долг.
– Почему?
– Учись считать. Я сейчас изымаю из оборота двадцать тысяч и через сорок месяцев опять начинаю платить за квартиру шестьсот долларов в месяц. Так?
– Ну да.
– А теперь такой вариант. Я оставляю двадцатку в обороте. При десяти процентах прибыли в месяц, а это в нашей конторе минимум, я буду иметь через три года поллимона. За такие деньги я куплю пять квартир, как у тебя. Какой смысл в твоем предложении?
– Что делать? Предки пришлют бабки через месяц.
– Могу посоветовать забыть про «Чирок» и ждать бабки через месяц. Купишь новый тарантас.
Роберт скукожился, посерел, пробормотал, что без машины вешалка, в институт не попадешь, на электричке в МГИМО ездить никак нельзя. Жорик ухмыльнулся:
– Ну, могу дать двадцатку в долг. Если отвечаешь, что предки долг закроют, могу кредитовать на месяц. Процент приемлемый – пятнадцать.
– Ты же говорил десять.
– Мало ли, что я говорил. Мне тоже надо что-то поиметь. Я трачу на кредит время и нервы. Рискую, вдруг ты деньги не вернешь.
– Да куда я денусь?
– Не знаю, не знаю. Пойдешь не туда, снег башка попадет. Пятнадцать процентов в месяц и точка. Лучшие условия за два дня не найдешь. Если согласен, пиши расписку. Как полагается, под залог чего-нибудь стоящего. Что у тебя есть ценного?
– Квартира, где живете.
– Славненько. Паспорт при себе? Пошли к нотариусу, он на третьем этаже. Бабосы сейчас получишь.
Жорик вытащил из сейфа две пачки стодолларовых купюр и передал Роберту.
Пачки знакомые. Не далее как утром приезжал Вадим с фантастическим предложением купить в четверть цены миллион супердолларов.
После подробного расспроса, выяснилось, что брат мужа Вадимовской сестры приятельствует с чеченами, печатающими в предгорьях Кавказа почти настоящие американские деньги. Жорик хмыкнул: с абреками связываться не будет, но через какого-нибудь номинала в виде бомжа попробовать можно. Взял на пробу пятьдесят тысяч с условием, что вернет невостребованный фальшак до среды.
Теперь он всучивал псевдодоллары Роберту. Тот, не заметив подвоха, раздербанил пачки, разложил кучками на столе, посчитал, пересчитал и отправился к нотариусу фиксировать заем.
Вечером Жора доложил: Робик получил от продавца нулячего «Ниссана» монтировкой по кумполу и остался без всего – без денег, без автомобиля, без документов. Из всех действительных бумаг, принимаемых государством, осталась долговая расписка на двадцать тысяч долларов под залог квартиры, в которой я живу.
Заверенная нотариусом. Настоящим.