5 июля 1993г.
понедельник
9-15
Разбуженный Жориком: кому спишь? рота, подъем! надо с ВычМехом решать! когда и как – договорись с Любкой!
Я умылся, побрился, оделся, позавтракал и набрал НИИвычмех. Как только представился, Любочка соединила с Юрием Анатольевичем.
Не моя сфера компетенций. Я передал трубку Жорику. Тот решил вопрос в момент, но с грандиозными паузами: да... на недельке заедем... в любой день, кроме пятницы и выходных... сегодня?.. сейчас уточню... заедем часа через полтора... да, с делами разберемся и подъедем.
Через восемьдесят восемь минут оказались на месте.
Юрий Анатольевич сообщил, что документы рассмотрены и вопрос решен. Институт готов к сотрудничеству с «Сайентифик Симметри».
Отлично!
Обсудили погоды с перспективами и довольные друг другом расстались. Покинули кабинет Юрия Анатольевича под замечание: «Договор юрист посмотрит, три дня...». Сверкающий Жорик махнул ручкой: не беспокойтесь, комар носа не подточит, мы не спешим.
Вышедши из кабинета, Жорик закрыл за мною дверь, на цыпочках подкрался к Любочке и, понизив голос до интимного шепота, мурлыкнул в розовое ушко то ли смешное, то ли похабное. Любочка прыснула и, посерьезнев, пообещала: – В пятницу.
На выходе из института, Жорик перехватил мой взгляд и пояснил, что пригласил Любочку с подружкой на дискотеку.
– Хорошо иметь своего человека в тылу врага. И совсем отлично, если лазутчик – натуральная блондинка.
– А может крашеная? Не думаешь?
– Нет, Рома. Такой красноватый оттенок кожи может быть только у альбиноски. Впрочем, в пятницу появится шанс узнать цвет натуральных волос. Так, студент, не расслабляться! Дрочить рано. Есть в запасе пара дней, надо озаботиться безопасностью.
– Надо. А как?
– Непонятно. Вопрос стратегический. От мелких урок отобьемся, не вопрос, но как с конкретными наездами разбираться? Вариантов много, но все тугие. Ладно, поехали в «Терем». Покушаем, подумаем. Подползет пара свояков. Если разговоры сложатся, будем красавцами! Готов?
– Всегда готов!!!
Под грохот супемаксовского «It's Ain't Easy» из аудиосистемы мы выехали на Варшавку и помчались вперед, к сияющим вершинам.
Минут через десять свернули с Пятницкой, покатили к Калязинскому. Не доехав сотню метров до «Терема», заметили Чичу, шагавшего в направлении ресторана. Руки в брюки, кепка на лбу. Несмотря на жару, одет в черный кожаный жилет поверх черной рубашки плюс черные джинсы.
Жорик вырулил к тротуару, припарковал машину и выскочил из салона. В пять шагов догнал Чичу обменялся энергичными рукопожатиями.
Я тоже покинул автомобиль, поспешил вослед.
По ходу терзался сомнениями: то ли ручкаться с Жоркиным собеседником, то ли не спешить обозначать присутствие. Выбрал второй вариант и засеменил в паре метров от Жорика с Чичей, перестреливавшихся репликами. На подходе к ресторану, метров за двадцать, приметил табличку «Закрыто», висевшую на двери.
Хм. Обед отменяется. Что делать?
На Жору с Чичей табличка впечатление не произвела. Они подошли к металлическим воротам. Жорик распахнул уверенным толчком и прошел во двор. Чича за ним. Я прошмыгнул вослед.
Через запасный выход ресторана мы попали в обеденный зал, уселись за столик у сцены. Жорик представил меня Чиче как Романа Викторовича, партнера по бизнесу. Тот, не выразив эмоций, отчеканил: – Николай.
Протянул костлявую ладонь
Я с секундной задержкой сообразил, что Чича назвал свое имя. Пробормотал в ответ: «Очень приятно. Роман», тискнул протянутую ладонь и перехватил Жоркин взгляд: двигай к бару, ударь по пиву, надо поговорить «табурет-на-табурет» с Николаем.
Что ж.
Они, как в прошлый раз, засели друг напротив друга в позе бойцов, готовых к хорошей драке. Я переместился к бару. Сел правильно: вполоборота к Жорику с Чичей, чтобы слышать все.
К Жоре подошла Анастасия Игоревна с вопросом, когда откроют заведение. Персонал вышел под обещание, что работа возобновится, зарплату хочут, но непонятно из каких средств. Чича безмолвствовал, ковыряясь зубочисткой в челюстях. Жорик оттараторил, что все чики-пуки, решится завтра-послезавтра, с ментами на связи, с прокурорскими вась-вась, Семеныч не против, на зарплату бабки есть, привезут завтра, персоналу нет причины киснуть, все пучком. Потом предложил угостить Рому пивом и навалить вдогон кушаний.
Ух, накормят и напоят. Славно!
Последнее пожелание Жорика: собрать трудовой коллектив через час.
Анастасия Игоревна прошествовала павой до бара, в треть голоса вызвала кого-то из сумрака, исчезла. Материализовалась фигура бармена, подставившего кружку под струю пива. Подошла официантка, положила меню, основные пункты которого я уже знал:
– Э-ээ… Девушка… Телятину, какую-нибудь закуску и...
Стоп. Водки не надо. Я замялся, засмущался, загрустил. У Жорика весело и беззаботно получались все действия. Я не мог ничего. Даже словесно обозначить, что хочу покушать.
– …к пиву, и пива, – проблеял я в итоге. Девушка не отходила. Нависая гипсовой статуей из парка культуры, черкнула загогулину в блокноте и перечислила:
– У нас на выбор – жаркое из телятины, лангет…
– Антрекот, – перебил я, не дослушав до конца.
– Какое пиво? – не унималась статуя.
– «Хайнекен».
Официантка развернулась на сто восемьдесят градусов и зашагала прочь. Я, как после успешно сданного экзамена, радостно выдохнул, констатируя факт первого самостоятельного заказа в ресторане, потом глянул в сторону Жорика. Тот объяснял Чиче концепцию совместной деятельности разнообразными словами, от матерных до энциклопедических, на что получал одинаково твердое: «Не катит. Не моё».
Я задумался: «Эх, лоханулся. На Жорика не заказал. Не по-товарищески».
Через пять-десять минут Чича молча встал и ушел. Жорик, потирая руки, переместился ко мне, обозначил бармену: еще пива. Подошедшую официантку обаял:
– Жанна, не смотрите на меня так, я очень влюбчивый! Сначала хотел покушать, теперь хочу другое, глядя на вас... В общем, антрекотик и два «Цезаря», пока прихожу в себя! Пожалуйста…
Я поперхнулся пивом: «Вот валенок! А про «Цезарь» я забыл. Сижу, как белочка, орешки грызу».
Официантка игриво улыбнулась, черкнула в блокнотик и походкой грациозной лани удалилась. Хм, от меня пять минут назад уходила суровым шагом почтальона. Я немного подумал и сформулировал вопрос:
– Ты откуда официантку знаешь?
– Не знаю я ее.
– Ее Жанна зовут?
– А, это… – Жорик ухмыльнулся. – Запоминай, студент. Называть персонал в заведениях девушками или молодыми человеками – моветон. Они тоже люди, и у них есть имена. Смотри, у каждого висит бейджик.
Подошла Жанна, расставила салаты. Я пригляделся к блямбочке на блузке и разочарованно прочитал: «Ресторан «Терем». Жанна. Официантка». Оказывается, заводить знакомства в ресторанах проще простого и даже обязательно.
Жорик подвинул один салат мне, второй – себе. Не тронув салфетки, приступил к еде, бросая туманные фразы:
– Чича тугой на голову. Не хочет «Буцефала». Хочет пацанскую бричку. Наши темы его не колышут. Хочет воздух, баб и тишины. Ни на кого не пахал и наши рамсы не его тема. Надо через Толика разруливать, чтобы Карабаса выпустили. «Патрол» Чиче отпишем. Может, дойдет. Кабак отжать не получается. Семеныч артачится. Отказывается долю продавать за правильные деньги. Счастья ищет. Опять Толика просить. Если не поможет – Карабаса зарядим. Хм, не хочется, но надо. Ладно, разберемся…
